96-ой день голодовки Насира Ягыза: его состояние критично
На протяжении 96 дней курдский активист Насир Ягыз, проживающий в Эрбиле (Хавлер), участвует в голодовке в знак протеста против изоляции курдского национального лидера Абдуллы Оджалана.
На протяжении 96 дней курдский активист Насир Ягыз, проживающий в Эрбиле (Хавлер), участвует в голодовке в знак протеста против изоляции курдского национального лидера Абдуллы Оджалана.
Несмотря на ухудшение здоровья, он полон решимости продолжать акцию протеста.
Насир Ягыз – член Демократической партии народов (ДПН) и проживает в ссылке в городе Хавлер (Эрбиль), который относится к Южному Курдистану. По словам доктора Дуре Михамада Урана, Ягыз уже потерял 14 килограммов веса: «Кровообращение замедлилось. Он страдает от проблем со зрением, тошноты и сильных головных болей. И всё же он отказывается принимать какое-либо лечение».
Общие сведения о голодовках в знак протеста
Насир Ягыз – один из сотен курдских участников подобных акций протеста. Начало голодовкам положила 7 ноября 2018 года член ДПН Лейла Гювен. На данный момент более чем 300 заключённых в тюрьмах Турции участвуют в голодовке в знак протеста. В Страсбурге 17 декабря прошлого года ещё 14 человек присоединились к акции. Также в голодовках участвуют люди из Торонто, Ньпорта, Касселя, Нуремберга, Дуйсбурга и других городов.
Курдских национальный лидер Абдулла Оджалан находится в одиночном заключении в турецкой тюрьме на острове Имрали на протяжении последних 20 лет. Адвокаты Оджалана не виделись с ним с 2011 года. После прекращения мирных переговоров РПК с турецким правительством в 2015 году курдский национальный лидер оказался изолированным от общественности. Его брат Махмат Оджалан получил возможность встретиться с заключённым впервые за долгое время в январе 2019 года, спустя 2,5 года после своего последнего посещения. Однако эта встреча была очень короткой. Тогда участники протестов заявили, что это не может считаться выполнением их требований. Протестующие добиваются для Оджалана, считающегося ключевой фигурой в решении курдского вопроса, возможности регулярно видеться со своими родственниками и адвокатами.