Есть среди них и такие, которые до самого конца были с бандами ИГИЛ*. Одни были вынуждены служить живым щитом, другие находились там добровольно.

Кто эти люди?

Бойцы СДС, ОНС и ОЖС говорят, что они считают их гражданскими лицами. Эти гражданские лица прибывают последние несколько дней, и большинство из них – женщины и дети. Они еще не сказали ни одного плохого слова об ИГИЛ. Но они голодны, их дети голодны, и все они истощены.

Женщина-боец поднимает маленького ребенка в пыльной одежде и улыбается. Ребенок высовывает язык. Мужчина-боец пытается накормить ребенка ложкой, на женщин надеты никабы. Видны только лица детей. Женщины полностью покрыты черной тканью.

Далее боец СДС несет ребенка. Женщина, видимо мать ребенка, следует за ним при этом выгдлядит подозрительно: ее лица не видно. Она несет еще одного ребенка. Люди думают, глядя на неё: «Была ли эта женщина одной из тех, кто пытал других женщин? Почему она там оказалась? Почему она убежала?»

«БЕЖЕНЦЫ» И «ПРОСТОЛЮДИНЫ» ИГИЛ

Мы находимся недалеко от деревни Багхуз. Это пустынная местность. Спасенных гражданских проверяют СДС и силы коалиции. Как только они выходят из транспортных средств, разница в их одежде становится очевидной. Несирийцы выделяются своей фирменной одеждой и обувью. Эти мирные жители считаются женами офицеров ИГИЛ. На территории, контролируемой ИГИЛ, людей делят на беженцев (мултаджи) и простолюдинов (авамов). Простолюдинами являются местные жители, которым поручено обслуживать беженцев.

Во время освобождения Ракки женщины заявили, что ничего не могут сделать из-за страха перед мултаджи, десятки езидских женщин были использованы для служения им.

Среди бегущих гражданских лиц – Ом Сехид, женщина из Франции. Она отказывается назвать свое настоящее имя: «Я не скажу, как меня зовут, но думаю, люди меня узнают».

Это говорит о том, что она подлежит уголовному преследованию в своей стране. Она выбралась из пустыни Дейр-эз-Зор. Она лишь одно из бесчисленных противоречий в этой войне, длящейся 7 лет.

ТОНКАЯ ЛИНИЯ

Только что прибыла иракская женщина с двумя дочерьми. Она объясняет, почему оставалась с ИГИЛ по сей день: «Мои 3 сына и муж были убиты в Багузе на прошлой неделе». На ее лице нет никаких признаков горя. Дочь другой семьи была убита ИГИЛ и похоронена там. Люди, которые приехали в регион для наблюдения за миграцией, плакали во время похорон, но семья выглядит равнодушной. Ужасающие последствия войны можно увидеть во всем. Может, это просто шок?

Грань между военными преступниками и жертвами иногда становится очень тонкой. И иногда она может исчезнуть для гражданских лиц, спасающихся от ИГИЛ.

*- террористическая организация, запрещенная на территории РФ