20 февраля курд Угур Шакар поджёг себя перед зданием суда в Крефельде, устроив таким образом акт протеста. Сейчас он находится в больнице Дуйсбурга с 67% ожога поверхности тела.

Сразу же после этого немецкие СМИ начали публиковать манипулятивные агитки, искажая смысл этого акта отчаяния.

Материалы о нем, кажется, вышли из-под одного пера: якобы Шакар, принимавший участие в «долгом марше» из Мангейма, чтобы поддержать голодающих активистов, несколько раз вызывал интерес полиции.

Сам Угур Шакар рассказал о смысле своей акции в письме, которое написал перед самосожжением. Он предельно ясно выразился, что протестует против изоляции национального лидера курдов Абдуллы Оджалана и осуждает насилие немецкого государства по отношению к курдам. Ни одна из статей в немецких изданиях не упоминает этого письма, но в них Шакара называют «преступником, который уже был под наблюдением полиции».

Ложная информация распространяется из единого источника

Газета Rheinische Post тоже попыталась очернить мотивы Шакара. В своей вчерашней статье газета заявляет, что он, возможно, душевно болен. То же самое пишут местные газеты земли Северный Рейн-Вестфалия.

Статья Rheinische Post также сообщает, что вчера в дом Шакара, «человека, известного полиции», приходили полицейские – якобы против него велось расследование за участие в январской демонстрации в Дюссельдорфе, которая не была разрешена администрацией.