В конце марта бывший глава ЦРУ в Москве Дэниэл Хоффман заявил в статье на сайте Al-Monitor, что американские военные оказали помощь Силам демократической Сирии (СДС) в воздушной разведке для возвращения заключенных членов ИГИЛ(запрещена в РФ). СДС по-прежнему несут ответственность за безопасность тюрем на севере Сирии, где содержится от 11 000 до 12 000 наемников ИГИЛ.

Как отмечает Хоффман, «инцидент, произошедший 30 марта в тюрьме, подчеркивает тайну, окружающую заключенных наемников ИГИЛ, которых западные правительства отказываются репатриировать, в то время как СДС считают, что в Сирии должен быть учрежден международный трибунал».

Хотя террористическая организация ИГИЛ не контролирует большие территории в Ираке и Сирии, почти 15 000 – 20 000 наемников превратились в отдельные спящие ячейки, которые продолжают нападать на иракские и сирийские силы безопасности. Сообщается, что эти спящие ячейки планируют убийства и теракты.

В октябре 2019 года американские военные, полагаясь на разведданные, ликвидировали лидера ИГИЛ Абу Бакра аль-Багдади в ходе рейда в контролируемой Турцией мухафазе Идлиб, где активно действует «ан-Нусра» (филиал «Аль-Каиды» в Ливии), включая использование воздушного пространства Сирии, контролируемого Россией и Турцией.

Но бунт задержанных наемников ИГИЛ представляет реальную и постоянную угрозу для региона и за его пределами.

Дэниэл Хоффман предполагает, что ИГИЛ наверняка использует, во-первых, конфликтные отношения между противниками и сторонниками ИГИЛ, включая США, Сирию, Иран, Ирак, Россию, Турцию и СДС. Во-вторых, не допустит формирования иракского правительства и будет препятствовать последовательной стратегии национальной безопасности. В-третьих, использует продолжающийся региональный межэтнический и межконфессиональный конфликт, а также гуманитарный кризис, который усугубился сложившейся ситуацией с коронавирусом.

Дэниэл Хоффман добавил: «Политические беспорядки в Ираке и продолжающаяся сирийская гражданская война серьезно усложнили задачу создания плана постконфликтного восстановления и примирения, особенно в контролируемом суннитами районе, где ИГИЛ ищет поддержки».

Дэниэл Хоффман объяснил, что ключом к победе в борьбе с ИГИЛ является создание и поддержание точных разведданных, в том числе о местонахождении террористов, их планах и намерении начать атаки.

Хоффман отметил, что эффективные контртеррористические операции зависят прежде всего от сбора информации от людей: «Сбор разведывательной информации о террористах является огромной проблемой. Те, кто использует разведку, особенно военные подразделения, которые проводят рейды, или правительственные лидеры, стремящиеся укрепить оборону своей страны, должны полагаться на экспертов-аналитиков для оценки необработанных сведений».

Хоффман считает, что обмен информацией о борьбе с терроризмом всегда имеет большое значение, не только с традиционными союзниками нации, но иногда и с врагами.

«Любой, кто заинтересован в борьбе с ИГИЛ, должен подумать о важности увеличения масштабов и частоты обмена разведданными, сосредоточив внимание на обнаружении и предвидении угроз ИГИЛ», – указал Даниэль Хоффман.

Хоффман отметил, что в сентябре 2015 года Ирак начал обмениваться разведданными с Россией, Ираном и Сирией, чтобы повысить эффективность в борьбе с ИГИЛ. Соединенные Штаты также установили долгосрочные партнерские отношения с иракскими силами безопасности, которые включали обмен разведданными по борьбе с терроризмом.

«Когда я служил в ЦРУ, я осознал важность обмена разведданными с разведывательными службами в странах, которые США не считают традиционными союзниками. Но мы поняли, что, хотя интересы некоторых из наших стран противоречат друг другу, существуют и другие важные приоритеты, такие как борьба с терроризмом, где мы можем найти общий язык даже с нашими врагами», – говорит Дэниэл Хоффман.

Он добавил: «Конечно, мы можем ожидать некоторые противоречия по поводу того, кого именно называют «террористами». Например, с момента своего военного участия в Сирии в 2015 году Россия нанесла большое количество ударов по оппозиции президента Башара Асада, которую международное сообщество не квалифицирует как террористическую. Диалог и дебаты по поводу классификации террористических целей могут стать прелюдией к более широким переговорам о будущем Сирии. Теперь дело за дипломатами, бойцами и спецслужбами».