Американское издание «Al-Monitor» в своём докладе отмечает, что обвал курса сирийской лиры в преддверии вступления в силу американского «закона Цезаря», предполагающего введение новых санкций против Сирии, может спровоцировать процессы, которые способны привести к экономическому отчуждению северных районов страны от Дамаска. В частности, на фоне колебаний национальной сирийской валюты Турция стала накачивать оккупированные ею территории турецкой лирой.

Подобная тенденция указывает на стремление Анкары создать де-факто зону турецкой лиры, которая тем самым дополнит зону турецкого военного присутствия. Шансы на успех подобного сценария, однако, представляются весьма и весьма ограниченными ввиду наличия целого ряда сдерживающих факторов.

В частности, авторы доклада подчёркивают со ссылкой на т.н. Сирийское временное правительство, лояльное Анкаре, что процесс введения турецкой валюты, представленной монетами и купюрами мелкого номинала, начался ещё 11 июня при посредничестве отделений турецкой почтовой службы, действующей в северных районах Сирии. Цены на основные продукты питания и топливо теперь указываются в турецких лирах, служащие целого ряда местных социальных учреждений также получают заработную плату в иностранной валюте. Некоторые частные предприятия тоже перешли на оплату труда своих подчинённых в турецкой лире.

Действующее в Идлибе «правительство спасения», опирающееся на поддержку террористов «Хейят Тахрир аш-Шам»(запрещена в РФ), также заявило о схожих изменениях в валютной системе на подконтрольной ему территории. Глава финансового управления Ибрагим аль-Ибрагим, в частности, рассказал о предшествовавшем решении начать с этого года выплаты зарплат сотрудникам социальных учреждений в долларах, однако из-за нехватки предложения данной валюты на местном рынке в дальнейшем было принято решение перейти на турецкую лиру.

Формально Турция прикрывает свои действия стремлением ослабить экономические последствия вступления в силу американского «закона Цезаря» для занятых ею районов. Однако такого рода шаги заставляют задуматься о перспективе включения указанных районов в валютное поле Анкары подобно тому, как они уже были включены в зону её военного присутствия. Следует напомнить, что прежде Турция выступала против санкций, даже когда речь шла о введении санкций Советом Безопасности ООН против Саддама Хусейна. Однако в этот раз Анкара поддержала американские меры давления, надеясь, что это поспособствует свержению президента Башара Асада.

Что касается северо-восточных районов Сирии, то член президиума партии «Демократический союз» (ПДС) Алдар Халиль на прошлой неделе заявил, что региону было предложено перейти на использование турецкой лиры, американского доллара или же иракского динара. Однако предложение отказаться от использования сирийской лиры, как это было сделано Анкарой по отношению к оккупированным ею территориям, по его словам, было отвергнуто.

В ответ на вопрос о заявлениях Халиля, адресованный «Al-Monitor» экономисту из Африна Чильнеку Омеру, тот заметил: «Закон Цезаря» не предполагает обязательного перехода на другую валюту. Однако возникает острая потребность в средствах преодоления последствий введения данного пакета санкций. Другими словами, поиски другой валюты не были выставленным условием, но стали следствием внешнего давления».

Экономист Ахмад Бильда, занимающийся непосредственным мониторингом ситуации в районах, подконтрольных Автономной администрации северо-восточной Сирии, в свою очередь заявляет: «Использование иностранной валюты ослабит связь автономии с сирийским правительством и лишит стороны возможности достигнуть политического урегулирования конфликта.

Использование в Рожаве (западном Курдистане) турецкой лиры или иракского динара означало бы зависимость от Турции или Ирака соответственно, что предполагало бы фактическое отделение от сирийского государства».

Он отметил также, что использование американского доллара является наиболее логичным вариантом: «Такой выход позволит избежать отделения Рожавы от Сирии и зависимости от Турции или Ирака. Это, однако, требует внушительных валютных резервов и грамотного финансового управления».

Сирийские эксперты указывают, что замена сирийского фунта в обращении на турецкую лиру на территории с населением в несколько миллионов человек может стать новым ударом по сирийской экономике. Здесь, как было отмечено, следует задаться вопросом, является ли замена валюты всего лишь пропагандой или действительным шагом к экономической экспансии.

Небольшие вливания турецкой валюты на сирийский рынок будут иметь весьма малое отношение к понятию «турецкой валютной зоны», если не будут приняты другие шаги в этом направлении. До тех пор решения о переходе на турецкую лиру будут иметь по большей части пропагандистское значение. Нет никаких сомнений, что выплата жалований боевикам Сирийской национальной армии в турецкой валюте отвечает интересам Анкары. Широкое использование данной валюты должны выбить почву из-под протестов против выплат в лирах членам военизированных формирований, что облегчит турецкому правительству их дальнейшее финансирование. В то же время это должно сопровождаться использованием лиры в торговле – как в импорте, так и в экспорте.

Большинство товаров, импортируемых в районы, оккупированные протурецкими формированиями, прибывают из Турции. Так, в Идлибе 95% товаров имеют турецкое происхождение, в то время как с подконтрольной Сирии территории ввозится лишь 5% товарной номенклатуры. Однако с экспортом ситуация обратная: 90% продукции региона отправляется в подконтрольные Дамаску районы, и лишь 10% - в Турцию.

Сирийская лира была, есть и останется валютой торговых операций, осуществляемых в городах, подконтрольных центральному правительству. Именно поэтому турецкая лира не может стать ключевой и единственной валютой в Идлибе. Для этого необходимо было бы довести долю Турции в экспорте региона до сопоставимых с импортом объёмов. Поэтому ожидания полного экономического разрыва занятых протурецкими группировками территорий с остальной частью страны попросту нереалистичны.

Издаваемая в Объединённых Арабских Эмиратах газета The National в одной из своих статей рассказывает об экономических последствиях «закона Цезаря», который вступит в силу 17 июня. Авторы издания подчёркивают, что сирийские граждане крайне обеспокоены возможными последствиями введения данного санкционного пакета для них.

Сирийцы, как, например, аграрий по имени Захид, полагают, что новые санкции неблагоприятным и непредвиденным образом отразятся на них и на их семьях. Уроженец Дераа, колыбели революции, говорит: «В конечном счёте санкции ударят лишь по мирным жителям».

Фарук (30 лет), проживающий со своей женой и четырьмя детьми в провинции Дамаск, имеет сходные опасения относительно введения нового санкционного пакета против Сирии. Он сказал: «Я опасаюсь, что топливная станция, где я работаю, закроется. Из-за этого я могу потерять свой последний источник дохода».

The National связалась с экспертом, специализирующимся на Сирии, Ником Гринстедом. Он считает, что темпы инфляции в Сирии возрастут из-за ослабления курса национальной валюты.

Он также подчеркнул: «Правительство будет вынуждено обратиться к посредникам, не попавшим под действие санкций, чтобы наладить связи с северными районами Сирии и обеспечить импорт ряда продуктов, включая пшеницу и нефть».

Такие посредники финансово выиграют от экспорта в районы, подконтрольные сирийскому правительству. Не останутся без прибыли и сирийские коммерсанты, которые извлекут маржу из разницы цен.

Однако, естественно, «закон Цезаря» является далеко не единственной причиной нынешнего плачевного состояния Сирии. Ослабленная войной экономика страны в значительной степени опиралась на переводы экспатов в долларах своим семьям. Несмотря на это, сирийские власти пошли на закрытие с недавних пор подобных пунктов обмена и денежных переводов, что вызвало нехватку иностранной валюты.

Свою роль сыграло и обрушение ливанской экономики, поскольку многие сирийцы свои долларовые сбережения хранили в банках соседнего государства. По словам Гринстеда, сирийское правительство и сирийский Центробанк в последние несколько месяцев пытались накопить как можно большие объёмы иностранной валюты для обеспечения относительной стабильности курса сирийского фунта.

Эксперт заметил: «Возможно, у Центрального банка Сирии закончились резервы иностранной валюты, которые были бы необходимы для поддержания курса собственной валюты».

Упомянутый ранее аграрий из Дераа Захид так комментирует попытки правительства спасти экономику: «Вопрос не в желании – оно есть, вопрос в том, есть ли для этого силы или нет. Я считают, что такой возможности у него нет».

Работник топливной станции Фарук считает также. Он задаётся вопросом: «У нас есть правительство? Мы видели долгое время одни и те же имена на различных постах. После нынешних событий мы больше не хотим их видеть».

Дарин Халифа, аналитик «International Crisis Group», занимающаяся сирийским досье рассказывает The National: «Новый пакет санкций вряд ли приведёт к изменению политики сирийского режима. Принимая во внимание действия Дамаска в прошлом, логично предполагать, что власти всё так же не готовы к уступкам, несмотря на давление, особенно если оно не угрожает их существованию».

Гринстед заметила, что ввиду продемонстрированной режимом за последние годы устойчивости ожидать его падения сейчас бессмысленно. Собеседник The National Захид, в свою очередь, сохраняет оптимизм, несмотря на все трудности, с которыми сталкивается Сирия. Он говорит: «Признаки слабости властей очевидны, даже их сторонники страдают от санкций, в том время как семья Башара аль-Асада продолжает жить в роскоши.

Сирийцы пожертвовали всем во имя своей страны. У них ничего не осталось. Пришло время Асаду идти на жертвы. Им нужно паковать вещи с женой и детьми и покинуть страну, чтобы 23 миллиона сирийцев могли зажить спокойной жизнью».