Освободительное движение Курдистана всегда делало первый шаг к миру и предлагало конкретные программы урегулирования на самых критических этапах почти пятидесятилетней войны. Заявление Абдуллы Оджалана о первом прекращении огня в 1993 году отражало его приверженность достойному миру.

После исторического призыва курдского лидера, прозвучавшего 27 февраля 2025 года, Турция вступила в новую фазу. Курдское движение успело сделать значительные шаги, чтобы открыть путь для демократической борьбы в Турции и дать народам возможность объединиться на основе братства и совместной жизни. Тем не менее, существующая в правительственных кругах фракция настаивает на войне и тупиковой ситуации, продолжая блокировать прогресс и упорствовать в своих провокационных действиях и конфликтной риторике. Ранее попыткам прекращения огня и установления диалога препятствовала эта же группа, которой порой удавалось заручиться международной поддержкой, что приводило к краху мирных усилий.

Усилия курдского движения не новы

Освободительное движение с самого начала постоянно подчеркивало, что не хочет войны, напоминая, что государство всегда подавляло курдский народ с помощью силы. В брошюре «На пути революции Курдистана» движение объясняло необходимость вооруженной борьбы следующим образом: «Курдистан – это земля, которая исторически подвергалась влиянию реакционных внешних сил. Сила, направленная против Курдистана, всегда играла разрушительную роль, желая грабежа. На протяжении всей истории классовых обществ эта сила, доминирующая в Курдистане, почти всегда была высокоорганизованной и не имела корней на курдской земле. Эти качества – главная причина того, что производительные силы общества не развивались и Курдистан остается бедным регионом. Сегодня многие силы, действующие на курдской земле, сохраняют свой реакционный характер. Поскольку внешняя сила так же хорошо организована и сегодня, воздействуя на наш народ каждый день, каждый час, каждую минуту, революционерам, которые служат нашему народу, приходится наносить ответные удары контрреволюционным силам каждый день, каждый час, каждую минуту и каждую секунду. Они исполняют свой долг, отвечая на разрушительную стратегию и несправедливость контрреволюции. Давайте окажем им поддержку и создадим новые созидающие, справедливые революционные институты, которые будут служить нашему народу! Сила, которую будет применять революция Курдистана, зависит от стратегии и характера её противников».

Определение силы в выступлениях на суде

После арестов, последовавших за военным переворотом 12 сентября 1980 года, главный судебный процесс по делу Рабочей партии Курдистана (РПК), который начался в Амеде (Диярбакыре), выявил идеологический подход курдской революционной партии, изложенный в выступлениях обвиняемых в судах. В одном отрывке из защиты Мазлума Догана, одного из основателей движения, Доган говорит, что РПК с самого начала боролась за достойный мир: «Партия не поддерживает кровопролитие. Мы не кровопийцы, мы тоже люди. Если борьба за власть неизбежно требует применения силы, организация, которая считает своим долгом стать у власти, не может избежать этого; она должна смотреть на вещи с такой точки зрения».

Кемаль Пир, другой основатель РПК, описал идеологию и систему мышления курдского освободительного движения перед судом, сказав: «Мы не поддерживаем государственный террор, который вредит людям. Другими словами, мы действуем в соответствии с тем, как долго длится период без репрессий. Мы всегда предпочитаем такие времена. То же самое верно и для нашего мировоззрения. Я считаю, что фашисты хотят репрессий. Я не хочу того же самого. Другими словами, я не хочу, чтобы государство использовало репрессивные механизмы, а люди восстали против этого. Это не наш подход. В марксизме тоже нет ничего подобного. Поскольку восстание в Курдистане является национально-освободительной революцией, которая направлена против колониальной политической и экономической структуры, мы пришли к решению, что будем вести долгосрочную народную войну».

Действия, предпринятые по необходимости

Мехмет Хайри Дурмуш, также один из основателей РПК, объяснял решение прибегнуть к вооруженной борьбе так: «Позвольте мне сформулировать это следующим образом: марксизм-ленинизм не придерживается жесткой позиции о том, что насилие должно применяться везде и всегда, или что все подобные вопросы должны быть решены с помощью насилия. В марксизме-ленинизме нет такой абсолютной позиции. Предпочтительнее создавать как можно более мирные условия и применять соответствующие методы (...) Однако, до сих пор наше движение не действовало так, как это указано в обвинительном заключении – то есть, мы не пытались разжигать общественное недовольство, не собирали людей вокруг движения в целях пропаганды, не требовали от населения и молодежи вооружаться, чтобы создать почву для восстания, спровоцировать государственные силы и вынудить тех обрушиться на народ. (...) Наше движение участвовало в вооруженных действиях против агентов и провокаторов, против местных предателей и коллаборантов и особенно тех, кто угнетает народ и стремится лишить его единства. Но, как я уже сказал, эти действия никогда не предпринимались ради пропаганды; к ним прибегали, потому что они были абсолютно необходимы и носили тактический характер».

Оджалан: нам пришлось прибегнуть к вооруженной борьбе

Абдулла Оджалан сказал в своей оценке 1990-х годов, что освободительное движение взялось за оружие не из сиюминутных побуждений, а было вынуждено прибегнуть к вооруженной борьбе на фоне угрозы массовых убийств. Курдский лидер объяснил причины применения силы в Курдистане в политическом докладе, представленном на первой конференции РПК в 1981 году, так: «Вся общественная жизнь Курдистана, его независимое развитие в экономической, социальной, политической и культурной сферах были заблокированы. Этому помешала колониальная сила. В такой ситуации, отвечая на рост национального угнетения, важно, чтобы революция заявила о себе. Это особенно значимо в сегодняшних условиях, когда фашистский колониализм объявил открытую войну нашему народу. Поэтому революционная сила должна заявить о себе. Естественно, это представляет собой принципиальное определение стратегической, фундаментальной формы борьбы нашей национально-освободительной революции».

Продолжение следует…